Из бумаг Детгиза 1930-х:

В столовой свечи зажжены,
Субботний ужин вносят.
Спросил реб Меер у жены,
А почему нет Иоси?

Над рыбой охает жена,
Не говоря ни слова.
Как перед бурей тишина
В нахмуренной столовой.

Пускай гремит сердитый гром,
А сын ушел из дому, –
Есть парикхмахер за углом,
Один еврей знакомый.

Иося скажет старику:
- Реб Гершел, ты не смейся,
Я пионер, и не могу
Носить такие пейсы!

Как нынче улицы блестят,
Как вкусно пахнут лужи…
Спешат ребята в свой отряд,
Забыв субботний ужин

- Какой ты, Ося, молодец! –
Его вожатый встретит,
- А, говорят, что твой отец
Суровей всех на свете.

Я красный галстук подарю
Тебе сегодня, Ося,
А к вам приду, поговорю,
Ты ничего не бойся…

Кукуют старые часы,
В столовой гаснут свечи.
Испортил непослушный сын
Субботний тихий вечер…

Отец уснул, а мама ждет
У белой занавески.
Ой, завтра Осе попадет
За галстук пионерский!

Редакторская пометка красным карандашом на полях: “Это для чего все написано?”
отсюда